Рассказы Бунина

Хороших кровей


 

   - Я хороших кровей, - говорит про себя коновал Липат. - А все оттого, что мы спокон веку едим хорошо. Со скотины взять пример: у смореной лошади дрянь носом идет, и она даже может других заразить. А мы всегда хоро­шо жили. Дед страшный колдун и первый однодворец во всей округе был. А покойный родитель еще потягался бы с ним. Ну, вот и считай, что мне по наследству пришлось... Я, брат, не простой коновал.
   Говорит он мерно, низко, с приятной грубостью. Зовут его, конечно, не Липатом, но Ипат - это мужикам да и ему самому не нравится. Отца его звали так же, как деда, - Бо­рисом. Он уверяет, что нет такого имени - Борис, а есть Борисоглеб, что был в старину святой, благоверный князь-од­нодворец, носивший это имя, и что далеко не всякий мужик достоин быть тезкой Борисоглеба.
   - И меня обязательно надо было так же назвать, - го­ворит он. - Только, конечно, мы попам нож вострый, они наш род спокон веку не любят, вот и сделали назло нам.
   Росту он большого, волосом бледно-желт; глаза у него мутно-синие, ресницы белые, крупные. "Мы, сказывают, из Сибири пришли, - говорит он. - Оттого у меня и рост и во­лос сибирный. Одного не пойму, - и тут он сдвигает рукав полушубка и показывает жесткую, покрытую красноватой шерстью руку. - Волос у меня везде лисий, бланжевый, а по рукам с красниной: верно, меченые мы все..." Зимой он носит черную баранью шапку, сверх полушубка - длинный тулуп нараспашку, с большим, раскинутым по плечам воро­том из белой овчины, и длинные, кожей обшитые валенки.
   Он богат. Живет на дедовском поместье, в голом поле. Хозяйствует без работников, с двумя женатыми сыновья­ми. Не жаден, не зол, но беспощаден. Раз подкараулил поджигателя, пьяницу-старика, убил - "как лярву" сле­гой, заявил, куда следует - и забыл. Воров ни в грош не ставит - "мышь копны не боится" - говорит он насмешли­во но держит целых семь штук ужасных собак. Они часто выходят под дорогу, в поле. Прошлый год на клоки разорвали нищенку, рвут пастухов и овец, - только подгони стадо к хутору! - и почему-то особенно злы осенью.
   Коновал он знаменитый! Но слывет и редким крысомором. А морить, изгонять крыс - это уже с колдовством свя­зано.
   По достатку своему он давно бы мог оставить такие дела. Но они перешли к нему по наследству, от покойников роди­телей; они дают ему известность, окружают его двор и все предания двора таинственностью. А это для него важнее всякого богатства.
Далее