Проза

Марфа-посадница, или покорение Новагорода


- Вот один из самых важнейших случаев  российской  истории!  -  говорит
издатель сей повести. - Мудрый Иоанн должен был для славы и  силы  отечества
присоединить область Новогородскую к своей  державе:  хвала  ему!  Однако  ж
сопротивление  новогородцев  не  есть  бунт  каких-нибудь   якобинцев:   они
сражались за древние свои уставы и права, данные им отчасти самими  великими
князьями, например  Ярославом,  утвердителем  их  вольности.  Они  поступили
только безрассудно: им должно было предвидеть, что сопротивление обратится в
гибель Новугороду, и благоразумие требовало от них добровольной жертвы.
     В наших летописях мало  подробностей  сего  великого  происшествия,  но
случай доставил мне в  руки  старинный  манускрипт,  который  сообщаю  здесь
любителям  истории  и  сказок,  исправив   только   слог   его,   темный   и
невразумительный. Думаю, что  это  писано  одним  из  знатных  новогородцев,
переселенных великим  князем  Иоанном  Васильевичем  в  другие  города.  Все
главные происшествия согласны с историек).  И  летописи  и  старинные  песни
отдают справедливость великому  уму  Марфы  Борецкой,  сей  чудной  женщины,
которая умела овладеть народом и  хотела  (весьма  некстати!)  быть  Катоном
своей республики.
     Кажется, что старинный автор сей повести даже и в душе своей  не  винил
Иоанна. Это делает честь его справедливости,  хотя  при  описании  некоторых
случаев кровь новогородская явно играет в нем. Тайное побуждение, данное  им
фанатизму Марфы, доказывает, что он видел в ней  только  страстную,  пылкую,
умную, а не великую и не добродетельную женщину.
 
                                КНИГА ПЕРВАЯ 
 
     Раздался звук вечевого колокола, и вздрогнули сердца в Новегороде. Отцы
семейств вырываются из объятий супруг и детей, чтобы спешить, куда зовет  их
отечество. Недоумение, любопытство, страх и надежда влекут  граждан  шумными
толпами на Великую площадь. Все спрашивают;  никто  не  ответствует...  Там,
против древнего дому Ярославова, уже собралися посадники с золотыми на груди
медалями, тысячские с высокими жезлами, бояре,  люди  житые  с  знаменами  и
старосты всех пяти концов новогородских {Так назывались части города: Конец,
Иеровский,  Гончарский,  Славянский,  Загородский  и  Плотнинский.  (Примеч.
автора.)} с серебряными секирами. Но еще не видно никого  на  месте  лобном,
или Вадимовом (где возвышался мраморный образ  сего  витязя).  Народ  криком
своим заглушает звон колокола и  требует  открытия  веча.  Иосиф  Делийский,
именитый гражданин, бывший семь раз степенным посадником - и  всякий  раз  с
новьгаи услугами отечеству, с новою честию для своего имени,  -  всходит  на
железные ступени, открывает седую, почтенную свою голову, смиренно кланяется
Далее