Басни Крылова

Кошка и соловей


 

  Поймала Кошка Соловья,
   В бедняжку когти запустила
   И, ласково его сжимая, говорила:
   "Соловушка, душа моя!
   Я слышу, что тебя везде за песни славят
   И с лучшими певцами рядом ставят.
   Мне говорит лиса-кума,
   Что голос у тебя так звонок и чудесен,
   Что от твоих прелестных песен
   Все пастухи, пастушки - без ума.
   Хотела б очень я сама
   Тебя послушать.
   Не трепещися так; не будь, мой друг, упрям
   Не бойся: не хочу совсем тебя я кушать.
   Лишь спой мне что-нибудь: тебе я волю дам
   И отпущу гулять по рощам и лесам
   В любви я к музыке тебе не уступаю
   И часто, про себя мурлыча, засыпаю".
   Меж тем мой бедный Соловей
   Едва-едва дышал в когтях у ней.
   "Ну, что же? - продолжает Кошка. -
   Пропой, дружок, хотя немножко".
   Но наш певец не пел, а только что пищал,
   "Так этим-то леса ты восхищал? -
   С насмешкою она спросила. -
   Где же эта чистота и сила,
   О коих все без умолку твердят?
   Мне скучен писк такой и от моих котят.
   Нет, вижу, что в пенье ты вовсе не искусен.
   Все без начала, без конца.
   Посмотрим, на зу6ах каков-то будешь вкусен!"
   И съела бедного певца
   До крошки
   Сказать ли на ушко яснее мысль мою?
   Худые песни Соловью
   В когтях у Кошки.
Примечания

Басня была первой из опубликованных Крыловым в печатном органе Вольного общества любителей российской словесности и сопровождена восторженным редакционным примечанием.
Современники ставили эту басню в связь с новым цензурным уставом, обсуждаемым в то время, который впоследствии получил наименование "чугунного". Тема басни близка к стихотворению Державина "На птичку" (опубликовано позднее):

      "Поймали птичку голосисту,
       И ну сжимать ее рукой:
       Пищит бедняжка вместо свисту
       А ей твердят: "Пой, птичка, пой!"