Хроники и романы Салтыкова-Щедрина

ПОШЕХОНСКАЯ СТАРИНА (БРАТЕЦ ФЕДОС)


Кроме описанных выше четырех теток, у меня было еще пять, которые жили в дальних губерниях и с которыми наша семья не поддерживала почти никаких сношений. С сыном одной из них, Поликсены Порфирьевны, выданной замуж в Оренбургскую губернию за башкирца Половникова, я познакомился довольно оригинальным образом.
   Однажды, - это было в конце октября, глубокою осенью, - семья наша сидела за вечерним чаем, как из девичьей опрометью прибежала девушка и доложила матушке:
   - Барыня! вас мужчина в девичьей спрашивает.
   - Какой еще мужчина?
   - Не знаю-с. Доложи, говорит, что Федос пришел...
   - Пропасти на вас, бестолковых, нет! Ступай, спроси: кто? зачем?
   Девушка побежала, но матушка, по обыкновению, не вытерпела, встала из-за стола и пошла вслед за нею.
   В девичьей, освещенной едва мерцающим светом сального огарка, сидел на ларе мужчина в дубленом полушубке.
   - Кто таков? откуда? зачем? - бросила ему матушка и, обращаясь к сидевшим за прялками девушкам, прибавила: - Да снимите же со свечки! не видать ничего!
   Мужчина встал. Это был молодой человек лет двадцати пяти, среднего роста, здоровый, плотный. Лицо широкое, с выдающимися скулами, голова острижена в скобку, волоса обхватывал черный ремень. От сапогов вся девичья провоняла ворванью.
   - Федос Половников, Василия Порфирьича племянник, Поликсены Порфирьевны сын.
   - Пачпорт!
   Федос порылся за пазухой и подал бумагу. В бумаге значилось, что предъявитель сего - дворянин Оренбургской губернии, Федос Николаев Половников и проч. Подписана она была белебеевским уездным предводителем дворянства.
   - А я почем знаю! - крикнула матушка, прочитав бумагу: - на лбу-то у тебя не написано, что ты племянник! Может быть, пачпорт-то у тебя фальшивый? Может, ты беглый солдат. Убил кого-нибудь, а пачпорт украл!
   - Никак нет-с. Я Федос Николаев Половников, Василия Порфирьича племянник. Верно-с.
   - А зачем бы ты сюда пожаловал, позволь тебя спросить? Есть у тебя своя деревнюшка, и жил бы в ней с матерью со своей!
   - Матушка прошлой весной померла, а отец еще до нее помер. Матушкину деревню за долги продали, а после отца только ружье осталось. Ни кола у меня, ни двора. Вот и надумал я: пойду к родным, да и на людей посмотреть захотелось. И матушка, умирая, говорила: "Ступай, Федос, в Малиновец, к братцу Василью Порфирьичу - он тебя не оставит".
   - Это за две-то тысячи верст пришел киселя есть... прошу покорно! племянничек сыскался! Ни в жизнь не поверю. И именье, вишь, промотал... А коли ты промотал, так я-то чем причинна? Он промотал, а я изволь с ним валандаться! Отошлю я тебя в земский суд - там разберут, племянник ты или солдат беглый.
Далее